законы

ЛЖЕ-АНАСТАСИЯ ИЛИ НАДУВАТЕЛЬСТВО, ДЛИВШЕЕСЯ 60 ЛЕТ — hd-best

В июле 1918 года царь Николай II и императорская семья были казнены в подвале особняка Ипатьева. Два года спустя в Берлине из Ландверского канала спасают молодую неизвестную женщину. Более шестидесяти лет она будет выдавать себя за одну из дочерей царя, великую княжну Анастасию Николаевну, якобы чудом спасшуюся от бойни…

Все начинается вечером 17 февраля 1920 года в Германии. В Берлине полицейские видят молодую женщину, прыгающую с Бендлерского моста в ледяную воду Ландверского канала. Это явная попытка самоубийства. Спасенную, ее доставляют в больницу. Она вся дрожит от холода, плохо одета, в шрамах, а на голове следы ударов. Ей оказывают помощь, а потом полиция приступает к допросу. Девушка отвечает по-немецки, но с сильным славянским акцентом.

Молодая женщина отказывается назвать свое имя, место проживания, то, чем она зарабатывает на жизнь, и особенно мотивы своего отчаянного поступка. Всякий раз она просит тех, кто задает ей вопросы, оставить ее в покое. Незнакомка кажется сильно напуганной. Бедняжку перевозят в психиатрическую больницу в Дальдорфе. Там ее регистрируют под именем «Неизвестная фройляйн». Она невысокого роста – 1,54 метра, весит 50 кг. Ставится диагноз «Выраженная тенденция к депрессии», и ее помещают в 4-й корпус учреждения, где находятся четырнадцать «спокойных пациенток». После первого медосмотра ее вновь допрашивают. В регистрационном журнале отмечаются следующие наблюдения: «Очень сдержанна. Отказывается назвать имя, возраст и занятие. Сидит в упрямой позе. Отказывается что-либо заявить, утверждает, что у нее есть на то основание, и если бы она захотела, уже давно бы заговорила… Доктор может думать, что хочет; она ему ничего не скажет. На вопрос, бывают ли у нее галлюцинации и слышит ли она голоса, она ответила: «Вы не очень-то сведущи, доктор». Она признает, что пыталась покончить с собой, но отказывается назвать причину или дать какие-нибудь объяснения».

Первые месяцы часто находясь в полной прострации, зарывшись с головой в одеяло или отвернувшись лицом к стене, незнакомка почти не разговаривает, мало ест, плохо спит и возбуждает любопытство у своих соседок по палате… Врач, осматривавший ее в отделении полиции, сумел добиться от нее только одну информацию: она, якобы, была простой работницей. Но в любом случае, она кажется одержимой, чтобы ее признали кем-то еще. Она демонстрирует прекрасное умение вести себя, и у нее потрясающая для простой рабочей манера поведения.

Чудом спасшаяся?
Постепенно она начинает разговаривать с медсестрами, которые поражаются ее знанию истории России и рухнувших после войны монархий. Но о том, что это чудом спасшаяся Анастасия сообщает другая пациентка – Клара Пойтерт, поступившая в больницу в конце 1921 года. Клара убеждена, что ей знакомо это лицо. «Просветление» находит на нее после того, как она просмотрела номер газеты «Berliner Ilustrierte Zeitung», в котором рассказывается о резне русской императорской семьи в 1918 году и высказывается предположение, что одна из четырех дочерей царя избежала расстрела. Клара думает, что соседка-пациентка – это великая княжна Татьяна. Когда она говорит ей об этом, та начинает плакать.

Клара Пойтерт покидает приют в январе 1922 года. Затем она случайно натыкается на молодого русского эмигранта, который перед православным храмом продает изображения императорской семьи. Клара рассказывает ему свою историю. Тот сначала недоверчиво относится ее рассказу, но в конце концов сам отправился в Дальдорф, чтобы встретиться с незнакомкой. Фамилия этого молодого человека Швабе, и он бывший офицер личной гвардии вдовствующей императрицы Марии Федоровны, матери Николая II. Уж он-то точно может сказать, действительно ли это великая княжна или просто похожая на нее женщина. Встреча длится всего несколько минут, но производит впечатление на бывшего офицера. Хотя она не говорит по-русски и не узнала на показанной ей фотографии вдовствующую императрицу, он поражен ее сходством с дочерью царя. Затем Швабе связывается с Высшим советом монархистов, созданным в 1921 году с целью объединения российских приверженцев монархии в изгнании и находящимся в Берлине. Графиня Зинаида Толстая, член этого совета, тоже убеждена, что это дочь царя. Пара русских эмигрантов, барон Артур Густавович фон Кляйст и его жена Герда, соглашаются принять ее в своем доме в Берлине. Тем временем незнакомка говорит медсестрам, что на фотографии незнакомой женщины, показанной Швабе, – ее бабушка, и что она сама не великая княжна Татьяна, а ее сестра – Анастасия… Начинается долгое расследование. Но как могло случиться, что одна из великих княжон избежала расправы над императорской семьей в Екатеринбурге?

Убийство царской семьи
Одно можно сказать наверняка: Первая мировая война была ужасно кровавой для России, поражения следовали за поражениями. Затем следует революция, разразившаяся в Петрограде. 3 марта 1917 года царь вынужден отречься от престола. После того, как он сначала помещает императора под домашний арест в Александровском дворце в Царском Селе, председатель временного правительства Керенский, чувствуя приближение большевистской революции, решает удалить царскую семью из столицы, чтобы ее защитить. В конце июля 1917 года семья императора должна уехать по Транссибирской магистрали. Происходит Октябрьская революция, Ленин захватывает власть, и Керенский вынужден бежать. Императорская семья находится в заключении, условия которого постоянно ухудшаются. Несколько месяцев Романовы проводят в Тобольске, а в конце апреля 1918 года их доставляют в Екатеринбург. Заключенных содержат в так называемом доме «особого назначения» – особняке Ипатьева. Это последний этап их Голгофы.

16 июля 1918 года прибывает посланный Лениным новый комендант Ипатьевского дома – Юрловский. Он столь же жесток, как и дотошен. В Москве ему полностью доверяют… В полночь 17 июля он будит пленников и уводит их в подвал дома. Императорская семья в полном составе: экс-царь Николай II, его жена Александра, четыре великие княжны – Ольга, Татьяна, Мария, Анастасия – и цесаревич Алексей, не совсем оправившийся от последнего приступа гемофилии. Анастасия держит на руках «Джоя», спаниеля своего младшего брата. Также присутствуют доктор Боткин, повар, камердинер и горничная. Неожиданно в 3.15 раздается шум машин. Появляются одиннадцать человек, вооруженных револьверами. Юровский заявляет: «Николай Александрович, ваши друзья пытались вас спасти, но им это не удалось. Мы должны вас расстрелять. Ваша жизнь окончена».

Немедленная казнь
О казни в Москву сообщают немедленно. Именно Свердлов, председатель ВЦИК, заявляет, что Николай Романов и его близкие хотели бежать при приближении контрреволюционной чешской армии под командованием адмирала Колчака. Действительно, после подписания мира Россия раздирается ужасной гражданской войной между красными большевиками и белыми монархистами. Екатеринбургский Совет принял решение о расстреле заключенных. Таким образом, Ленин, судя по всему, не имеет никакого отношения к этой бойне. Для Москвы бы было довольно сложно сообщить об убийстве всей семьи, включая очень больного мальчика. 20 июля явно подконтрольная пресса распространяет информацию: она лишь сообщает о смерти экс-царя. О царице и о детях не говорится ни слова.

Соответственно, возможны любые фантазии и предположения о том, что часть семьи избежала расстрела. Именно по этой причине в то время было вполне вероятно, что берлинской незнакомкой могла быть Анастасия, спасшаяся от бойни.

Берлинская незнакомка объясняет, как ей удалось спастись
Та, которую мы теперь для ясности будем звать Анастасией, поселяется у барона и баронессы фон Кляйст. Она нездорова. Она раздражительна, ее преследуют кошмары. Но теперь ей нужно ответить на вопросы: как она пережила резню? Как, когда и почему она приехала в Германию? Почему она не говорит по-русски? Хочет ли она встретиться со своей бабушкой и другими членами семьи, которые успели покинуть Россию? Что касается русского языка, то она утверждает, будто бы просто забыла его из-за слишком многих страшных воспоминаний. Она говорит, что в ночь расстрела выжить ей удалось благодаря украшениям, пришитым к ее корсету, которые и защитили ее от пуль. Якобы она упала, а сверху на нее, защищая от добивавших раненых убийц, упала Татьяна. Затем будто бы охранник-большевик по имени Александр Чайковский забрал ее из дома Ипатьева, выдал за мертвую, а потом отвез на крестьянской телеге в Румынию. Долгое и мучительное путешествие…

Именно там, в Румынии, она, с ее слов, родила мальчика, прежде чем выйти замуж за своего спасителя и поселиться в Бухаресте. В конце 1919 года ее муж умирает. Затем Анастасия, якобы, решает отправиться пешком и на поезде в Германию, чтобы воссоединиться с семьей своей матери-императрицы, урожденной Аликс Гессен-Дармштадской. Она отправляется вместе со своим зятем Сергеем, но без сына, которого оставила в Румынии. По прибытии в Берлин Сергей куда-то исчезнет, ​​и именно там, охваченная отчаянием, она пытается покончить жизнь самоубийством.

История, которая обманет многих
Конечно, ее история полна невероятностей, неточностей и нестыковок, непроверяемых дат. И все же внушительное количество людей поверит в это, как в некое чудо. Но не все. Еще в 1922 году баронесса Буксгевден, бывшая фрейлина императрицы Александры, сопровождавшая семью в Тобольск, утверждала, что молодая женщина не может быть великой княжной Анастасией. Но другие, например, дети доктора Боткина, уверены в том, что это именно она. Еще более тревожной является ее реакция, на некоего Филиппа Дад’Асселя, французского раненого, которого великая княжна посещала во время войны в Царском Селе, в большом дворце, преобразованном в госпиталь. Он появляется перед Берлинской незнакомкой. И она восклицает: «Но это же человек с карманами!»

«Человек с карманами» – это действительно прозвище, которое великая княжна дала этому раненому. Столкновение сторонников и противников. Две тети Николая II, Ксения и Ольга, а также швейцарский гувернер, который тринадцать лет провел в царской семье, но не смогли сопровождать царя с семейством в Ипатьевский дом, не узнают ее. Княгиня Татьяна Меттерних, урожденная Васильчикова, отец которой был последним камергером Николая II, расскажет позже, что бабушка настоящей Анастасии, вдовствующая императрица Мария Федоровна, в присутствии этой незнакомки сразу же ей заявила: «Вы не великая княжна Анастасия…»

Наконец, семнадцать великих князей и князей Российского императорского дома подписывают совместное заявление о том, что Берлинская незнакомка никакая не Анастасия. С другой стороны, Гессенская семья, к которой принадлежит убитая царица, соблюдает полное молчание, не желая вмешиваться. Некоторые расценивают это как признание. Иногда Берлинская незнакомка говорит такие вещи, которые могут знать только близкие друзья и члены императорской семьи. Например, что в 1916 году российский Генеральный штаб вступил в секретные переговоры с Вильгельмом II и высокопоставленными немецкими сановниками, родственниками царицы… Итак, действительно ли эта женщина знает, о чем говорит, или ей кто-то об этом рассказал? Можно предположить, что во время ее пребывания у фон Кляйстов была предпринята попытка «освежить ее память», рассказав ей о жизни с «родителями» в Александровском дворце в Царском Селе, тысячи историй, которые она записывает и может очень убедительно рассказывать.

Дело Анастасии приобретает новый поворот, когда в 1926 году по приказу Сталина была вскрыта гробница царя Александра I. Выясняется, что она пуста. Это возрождает все спекуляции о его таинственной ложной смерти в 1825 году, поскольку его тело не было опознано… В стране, по которой веками бродили слухи об исчезновениях, а затем вновь появляющихся императорах, настоящих или ложных узурпаторах, дело Анастасии не кажется таким уж необычным. Сомнения преобладают… Но убежденность одних против других совершенно не доказательна.

Триумф в США
В феврале 1928 года та, которая зовется Анастасией, уезжает в США. Сын доктора Боткина убедил Ксению, дочь великого князя Георгия Михайловича, внука Николая I, которая замужем за оловянным магнатом Уильямом Лидсом, чтобы она приветствовала предполагаемую великую княжну в своем шикарном доме в Ойстер-Бэй, недалеко от Нью-Йорка. Ксения утверждает, что узнала ее. Американская пресса с нетерпением ждет встречи с оставшейся в живых Анастасией. Кроме того, в то время в Соединенных Штатах имеется большая русская диаспора!

В то же время в Европе сразу после смерти вдовствующей императрицы, успевшей вернуться из России к своей семье в Данию, двенадцать членов семьи Романовых, прибывших на ее похороны, подписывают так называемую «Копенгагенскую декларацию»: «Для нас, близких родственников царя, крайне болезненно признавать эту реальность: ни один член этой ветви нашей семьи больше не присутствует в этом мире… Что касается данного человека, то долг обязывает нас заявить, что ее история – это сплошной вымысел. Память о наших дорогих усопших была бы навсегда запятнана, если бы мы позволили этой необоснованной истории распространиться и сойти за установленный факт».

Судя по всему, американцев это заявление мало волнует. Та, которая сейчас, из-за отсутствия очевидной идентичности, называет себя миссис Андерсон, поселяется в элегантном отеле на Лонг-Айленде. Она поссорилась со своей «кузиной» Ксенией и начинает требовать предоставления ей прав на предполагаемое состояние Романовых, находящееся в хранилищах Банка Англии. Очевидно, этой перспективы достаточно, чтобы взволновать сторонников г-жи Андерсон. Эти знаменитые «сокровища» – своего рода фантастика, которая продлится еще очень долго, потому что Банк Англии ничего о них не рассказывает. На требование Андерсон банк не реагирует.

Но когда разразился кризис 1929 года, вся американская поддержка предполагаемой великой княжны исчезает. В 1930 году миссис Андерсон возвращается в Европу. Она собирается поселиться в Германии. После войны журналисты из «Пари-Матч» находят ее в домике в Шварцвальде. Она продолжает заявлять о своей принадлежности к императорской семье, возбуждает судебные иски, но безуспешно. Когда она подает апелляцию, Конституционный суд в Карлсруэ в 1970 году приходит к выводу, что невозможно с уверенностью установить или опровергнуть личность заявительницы. Действительно, на тот момент тела замученных Романовых еще не были обнаружены, но все же еще в июле 1918 года было начато очень серьезное расследование.

Расследование прокурора Соколова
Через три дня после бойни, 20 июля, Белая армия захватывает Екатеринбург, вынудив местные коммунистические власти укрыться в Перми, что в 350 км к западу. В Ипатьевском доме немедленно проводится обыск. Беспорядок: открытые ящики, обрывки полусгоревшей одежды в печах, также как и инвалидное кресло императрицы Александры. Комнаты пусты. Именно в подвале наконец-то обнаруживаются свидетельства бойни. Фотографируется стена с рваными обоями, изрешеченная пулевыми отверстиями, везде следы крови, но никаких следов тел. Генерал Дитрих, правая рука ярого антибольшевистского адмирала Колчака, просит члена местного суда Ивана Сервиева провести расследование. Ему сообщили, что большевики, охранявшие Ипатьевский дом, после 17 июля совершили несколько поездок к шахте «Четыре брата». Некоторые крестьяне видели дым, поднимающийся над деревьями на следующий день после бойни. Затем Сервиев и его команда обнаруживают внутри и снаружи двух заброшенных шахтных стволов множество предметов, которые принадлежали Романовым. Пряжка ремня от царского мундира, серьги и пара очков в особой оправе императрицы Александры, кусок плаща цесаревича, части женских корсетов и даже останки спаниеля, принадлежавшего Алексею…

21 и 22 февраля 1919 года рабочий-коммунист Павел Медведев попадает в плен в городе Перми, который только что захватили белые войска. Этот 31-летний мужчина до июля 1918 года был начальником внешней охраны дома Ипатьева. Именно его Юровский, отвечавший за охрану заключенных, просил принести револьверы для своих людей в ночь с 16 на 17 июля. Именно он проводил семерых Романовых, доктора Боткина и трех слуг к входу в подвал. Затем он вышел, чтобы убедиться, что снаружи не слышны выстрелы. Он вернулся после бойни, чтобы убрать комнату, а изрешеченные пулями тела были брошены в грузовик. Этого свидетельства и других выводов достаточно, чтобы Сервиев написал в своем отчете: «Царская семья и их спутники были убиты в одно и то же время, в одном и том же месте, в результате неоднократной стрельбы».

В марте 1919 года адмирал Колчак прибывает в Екатеринбург и назначает нового судью для продолжения расследования – Николая Соколова. В течение трех месяцев этот опытный магистрат сам будет участвовать в раскопках, мобилизовав на помощь более тысячи солдат. Он находит новые улики, такие как куски сгоревшей одежды, кости и растопленный жир, но все еще не тела. В июле 1919 года белые в свою очередь были изгнаны из Екатеринбурга. Однако Соколов продолжит свое расследование на расстоянии, включая допросы. Свои выводы он опубликует в 1924 году, за несколько дней до смерти. Выводы аналогичны тем, что и у Сервиева: тела Романовых вывозили в лес, изрубали пилой и топором, затем обрызгивали кислотой и сжигали, бросив в шахты. Но на следующий день прибыли их убийцы, чтобы забрать останки и поместить их в неизвестном месте. До сих пор неизвестно, отмечает Соколов, где могут быть эти тела.

Расследование Александра Авдонина
Годами никто не будет пытаться разгадать эту тайну. И не зря: это запрещено коммунистическими властями Москвы. Однако долгое время двое ученых считают, что екатеринбургский лес все еще не раскрыл всех своих секретов… В 1960-х годах знаменитый геолог Александр Авдонин осмеливается заинтересоваться этой запретной темой. Это опасный шаг, и свою миссию – найти, наконец, останки Романовых – он осуществляет в строжайшей секретности! Терпеливо и с осторожностью он в течение долгих лет собирает улики и свидетельства. Ему стоит больших трудов заставить говорить тех жителей, кто что-то знает об этом преступлении. Почти все молчат из страха…

В 1976 году к нему присоединяется еще один человек, тоже увлеченный императорской трагедией. Он известный московский писатель и кинорежиссер, которого зовут Гелий Рябов. У него есть контакты в МВД, которые дают ему доступ к тщательно охраняемым архивам. Объединенные одной и той же целью, эти два человека идеально дополняют друг друга: геолог исследует дюйм за дюймом землю, писатель просматривает груды старых документов. Новые Шерлок Холмс и доктор Ватсон. Они упрямы, но им следует опасаться слежки со стороны Кремля, хозяином которого в те времена является Леонид Брежнев, испытывающий недовольство из-за интереса к расстрелу Романовых. Исследователи постепенно идут по следам, хотя им и препятствуют. В результате невероятного расследования они подтверждают, что знаменитые останки были перемещены во время Гражданской войны. 30 мая 1979 года они выходят на небольшую дорогу, вооружившись самодельными инструментами для поисков. Под грудой старых рельсов два детектива обнаруживают полусгнившую деревянную опалубку, из-под которой в земле появляются три черепа. Исследователи и их жены буквально застывают на месте. Возможно, они нашли единственную часть тела, которая позволяет провести идентификацию: черепа!

К этому времени Советы прекрасно владели техникой реконструкции лица по черепу для милицейских расследований. Но обе пары исследователей в панике: 60 лет спустя, после Гражданской войны и Второй мировой войны, возможно ли, что они действительно нашли Романовых?

В атмосфере фильма ужасов и с необходимыми предосторожностями первооткрыватели почти невозможного забирают свой зловещий урожай после того, как стерли все следы своих походов и своих раскопок. Авдонин и Рябов хранят фантастическую государственную тайну, историческую бомбу в стране, которая последовательно отвергает и осуждает имперское прошлое. Проходит десять лет… Маленькая команда, объединенная и связанная негласным договором, решает дождаться возможной политической эволюции в стране. После попытки провести анализ своих находок с помощью надежных и компетентных лиц, они в конечном итоге возвращают таинственные кости туда, где их откопали. Только тишина леса сопровождает это новое захоронение, дикое и одновременно уважительное.

В тот же период 1970-х годов в Свердловске (ныне Екатеринбург) Ипатьевский дом продолжает привлекать к себе любопытных. Перед ним прохожие ставят цветы, иконы, крошечные православные кресты; некоторые даже крестятся – невиданное доселе в СССР дело! Обеспокоенный тем, что Ипатьевский дом превращается в место паломничества, первый секретарь Свердловского обкома КПСС, некий Борис Ельцин, приказывает разрушить дом, в том числе и подвал. Это решение обходится ему боком. Снос дома очень плохо воспринимается жителями. В конце концов, на холме, где стоял Ипатьевский дом, Ельцину приходится установить что-то вроде мемориала с магазинчиком и маленькой избой, наполненной свечами и небольшими портретами членов императорской семьи, которые можно купить. Это уже успех. В каком-то смысле прошлое начинает брать реванш.

Смерть Лже-Анастасии
В этот же период миссис Андерсон покидает Шварцвальд. Она уезжает в США. Там она выходит замуж за Джона Манахэна, университетского преподавателя, увлеченного ее историей. Она умрет в Шарлотсвилле, штат Вирджиния, 12 февраля 1984 года. В своем завещании она четко и ясно указывает, чтобы ее останки никогда не были изучены и сравнены с останками Романовых в случае их обнаружения; ее кремируют, а прах захоронят на кладбище в Баварии.

Наконец, останки Романовых идентифицированы…

Когда к власти приходит Горбачев, новыми лозунгами становятся «Перестройка» и «Гласность». Запреты постепенно снимаются. А 11 июля 1991 года, когда СССР распался, а Ленинград возвращает себе старое название – Санкт-Петербург, средь бела дня и официально Авдонин и Рябов извлекают кости из могилы, где они хранились. Их помещают в ближайший морг. Образцы берутся и отправляются для углубленной генетической экспертизы в Россию, а также в США и Великобританию. На базе Королевских ВВС приземляется российский самолет с драгоценным грузом на борту. ДНК образцов сравниваются с ДНК герцога Филиппа Эдинбургского, которые наиболее близки к ДНК царя Николая II. Действительно, в царе текла кровь Романовых через своего отца Александра III, а через его мать, датскую принцессу, в нем присутствовала и кровь из датской королевской семьи. В свою очередь, принц Филипп также является наследником этих двух династий: его дед, король Греции Георг I, происходит из королевского дома Дании, а его бабушка, великая княгиня Ольга, принадлежит к семье Романовых.

Два года пройдут в надеждах и сомнениях. Затем происходит невероятное событие: создается комиссия по уголовному расследованию во главе с судьей Владимиром Соловьевым. Она привлекает к своим исследованиям судебных патологоанатомов, этнологов, танатологов и историков. Президент России Борис Ельцин утверждает новую комиссию, состоящую из признанных экспертов, которая выносит свое заключение 27 января 1998 года: это действительно найденные останки Николая II, Александры, Ольги, Татьяны и Анастасии и их верных спутников. Реконструкции лиц по черепам с использованием сложных технологий впечатляют: «видны» лица пропавших без вести.

В пятницу, 17 июля 1998 года, ровно через восемьдесят лет после трагедии, в Петропавловском соборе в Санкт-Петербурге тот же Борис Ельцин, который снес Ипатьевский дом, делает взрывное заявление: «Романовы – мученики».

И он прав: они будут канонизированы Православной церковью, а в Екатеринбурге на месте Ипатьевского дома построят собор. Останки двух последних членов семьи, великой княжны Марии и цесаревича Алексея, позже также были найдены и аутентифицированы.

Что касается Лже-Анастасии, то сам факт того, что череп великой княжны одновременно с черепами остальных членов семьи был идентифицирован, доказывает, что все ее «приключение» было фикцией, надувательством… Но даже если бы всего этого никогда не было и останки Романовых не были бы обнаружены, все равно можно было бы доказать, что Лже-Анастасия никакая не Романова. Это можно было сделать благодаря Джону Эдгару Гуверу, первому боссу ФБР. Раздраженный тем, что он лично считал обманом, Гувер приказал раздобыть фрагменты костной ткани, взятые у тогдашней миссис Манахан (в замужестве), во время операции, которую она перенесла в 1979 году. Таким образом, можно было бы, несмотря на ее кремацию в 1984 году, сравнить ее ДНК с ДНК принца Филиппа Эдинбургского. И анализ бы показал, что у миссис Манахан не было ни капли романовской крови… Миф, просуществовавший 60 лет… Чудеса науки смогли окончательно разрешить эту загадку.

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

На фото: Анна Андерсон (Манахан); великая княжна Анастасия; Николай с дочерями в Тобольске (Анастасия третья слева); в подвале Ипатьевского дома на месте расстрела (фото Н. Соколова).

Добавить комментарий