законы

БРАЗИЛИЯ: ПРЕЗРЕНИЕ К ЖИЗНИ — hd-best.ru

В стране насчитывается более 700 000 заключенных. Задыхающаяся тюремная система потрясена текущими политическими беспорядками и кризисом в области здравоохранения, вызванным Covid-19. Каково будущее тюрем в Бразилии? Каковы основные текущие проблемы?

Рафаэль Годойученый-социолог в Центре исследований по гражданству, конфликтам и городскому насилию при Федеральном университете Рио-де-Жанейро. Мы задали ему три вопроса.

– Что можно сказать о тюрьмах в Бразилии?

– Ситуация в тюрьмах в Бразилии характеризуется сегодня тремя проблемами: ухудшением условий жизни заключенных, ростом конфликтов между заключенными и военизированным ответом на все это со стороны государства.

Бразилия занимает третье место в мире по численности заключенных, и среди первых трех стран в этом рейтинге – это единственная страна, где количество заключенных по-прежнему увеличивается. Мы продолжаем посылать за решетку много людей в условиях непрекращающегося экономического и политического кризиса, который продолжает усугубляться. Политическая идеология, действующая в настоящее время в стране, демонстрирует полное пренебрежение к человеческой жизни. Это пренебрежение еще больше усугубляется, когда речь идет о жизни заключенных. Экономический и политический кризис приводит к постепенному ухудшению условий жизни в тюрьмах, что ведет к росту конфликтов между организованными преступными группами как внутри, так и за пределами тюрьмы.
Обострение конфликтов приводит к так называемой «войне группировок», характеризующейся массовыми убийствами в 2017 году в штатах Амазонас, Риу-Гранди-ду-Норти и Рорайма. Внутри тюрем эти конфликты усиливаются. Результатом является бесчисленное количество смертей среди заключенных.
Ситуация в тюрьмах крайне напряженная. Реакция властей еще более усугубляет ее: в эту «войну группировок» государство вмешивается, все больше используя оружие.

В ответ на эти кризисы федеральное правительство решает вмешаться и вмешивается в пенитенциарные учреждения, подведомственные властям штатов. Создано Национальное военизированное пенитенциарное подразделение быстрого реагирования (НВППБР). Когда бойцы этого подразделения входят в тюрьмы, мы констатируем, что увеличивается количество случаев пыток. Доступ к тюрьмам для гражданского общества становится еще более ограниченным и становится все труднее привлекать к ответственности власти.
Результат: мы являемся свидетелями повсеместного распространения пыток. Свидетельства из тюрем, пострадавших от таких вмешательств, как, например, в штатах Амазонас и Сеара, ужасны. Термин «бесчеловечное и унижающее достоинство обращение» недостаточен для описания такой практики.
Это подразделение быстрого реагирования использует то, что они называют «протоколом». В соответствии с этим протоколом, если должностное лицо или начальник учреждения входит в тюремную зону, заключенные обязаны садиться на пол голыми или вообще ложиться на живот, с опущенными головами и скрещенными на них руками, и оставаться в таком положении пока соответствующее должностное лицо остается в данной части тюрьмы.

Именно на этом фоне усиливающихся притеснений в тюрьмах в наши дни начинается и распространяется пандемия.

– Есть ли различия и особенности между штатами страны?

– В Бразилии имеется 27 федеративных единиц (26 штатов и федеральный округ), каждая из которых имеет собственную пенитенциарную систему, к которым должна быть добавлена ​​федеральная пенитенциарная система. В некоторых штатах сосредоточено почти 30% тюремного населения страны, например, в штате Сан-Паулу, в котором насчитывается более 250 000 заключенных. И наоборот, в штате Токантинс, например, имеется лишь 4 000 заключенных, что соответствует двум тюрьмам в Сан-Паулу.

В штате Сан-Паулу тюрьмы разбросаны по всей территории, далеко от столицы. В штате Рио тюрьмы сосредоточены в одном огромном тюремном комплексе внутри столицы.

Одни учреждения находятся в ведении Министерства юстиции и пенитенциарной администрации, другие являются частными или находятся под смешанным управлением на основе государственно-частного партнерства (с компаниями или некоммерческими организациями). Одним словом, существует огромное разнообразие ситуаций и опыта. В пенитенциарной системе у нас есть тюрьмы, которые официально специализируются на наказании осужденных, такие как тюрьма Багу I или Реабилитационный центр им. президента Бернарди. Некоторые другие места служат для наказания и изоляции лидеров преступных группировок.

Заключенные, помещенные под усиленную охрану, в основном содержатся в учреждениях федеральной системы. Они находятся практически в полной изоляции, и, соответственно, большинство их прав нарушаются. Но это узаконено, хотя и противоречит всем принципам Всеобщей декларации прав человека и Конвенции Организации Объединенных Наций против пыток.

В каждой из таких ситуаций мы наблюдаем создание очень специфической экономики «распределения» прав и гарантий и институциональную нестабильность.

Ухудшение условий содержания под стражей характерно для страны в целом, хотя и проявляется в более или менее выраженной форме от штата к штату. Таким образом, войны между преступными группировками, хотя они и разразились в отдельных штатах (таких как Амазонас и Риу-Гранди-ду-Норти), влияют на тюремную систему в целом. Действительно, эта ситуация привела к преобразованиям в пенитенциарных системах всех штатов. И те штаты, где не было открытых конфликтов, были вынуждены подчиниться. Например, речь шла о пересмотре распределения заключенных между штатами.

Что касается ответа властей на произошедшие беспорядки, следует отметить, что милитаризация управления в тюрьмах начала распространяться повсеместно. «Протокол», применяемый во время операции подразделением быстрого реагирования, остается и после убытия НВППБР: местная администрация тюрьмы поддерживает этот выбор методов. И как следствие, это вызывает «каскадный эффект»: руководители тюрем, ранее не заинтересованные в мероприятиях, проводимых НВППБР, начинают считать, что эти мероприятия выглядят как «хорошая практика», и сами начинают их применять.

– Какие изменения можно ожидать? Каково политическое видение пенитенциарной системы в Бразилии сегодня?

– Когда к власти пришли «новые правые», так называемая «консервативная волна» (например, федеральное правительство Болсонаро, или губернаторы, такие как Уилсон Витцель в штате Рио), политическая повестка дня для пенитенциарной системы поощряла приватизацию тюрем. Такое движение началось в нескольких штатах. Однако в контексте пандемии и общего экономического кризиса приватизация больше не стоит на повестке дня.

Сейчас мы сталкиваемся с ситуацией, очень сильно затронутой пандемией, которая все больше распространяется, и с политикой преднамеренного занижения данных о заражениях и смертях, что происходит в масштабах всей страны и, что еще важнее и серьезнее, в масштабе всей пенитенциарной системы.

Бразильское государство не хочет ничего знать, ничего оценивать. Оно больше озабочено контролем за информацией, чем контролем за пандемией. Это приводит к еще большей непрозрачности тюремной системы и резкому ухудшению условий жизни в местах лишения свободы. Наблюдается также рост напряженности и конфликтов между заключенными и персоналом.

Тюремному персоналу также не хватает помощи. Они оказываются без средств индивидуальной защиты и подвергаются огромной опасности подхватить вирус.

В Сан-Паулу пенитенциарная система была «закрыта», начиная с марта: приостановка посещений и передач продуктов питания и средств гигиены, отмена временных пропусков на выход и изоляция заключенных, отбывающих наказание в режиме полу-свободы. Мятежи вспыхнули в нескольких тюрьмах. Недавно это повторилось в штате Амазонас.

Да, если раньше мы были свидетелями мятежей, вызванных сведением счетов между бандами, то недавние мятежи не были вызваны конфликтами среди заключенных. Арестанты и их семьи также стремились дать понять, что речь идет не о сведении счетов, а о демонстрациях, организованных с целью привлечения большего внимания властей к вопросам здравоохранения в местах лишения свободы. Таким образом, мы можем констатировать, что контекст обострения этих конфликтов, похоже, пересматривается из-за пандемии: на самом деле мы наблюдаем снижение напряженности между бандами.

Вне тюремных стен мы наблюдаем растущую коллективную мобилизацию родственников и семей заключенных, которые призывают к политике «высвобождения» и уважения прав человека. Это очень разнообразное общественное движение, очень сильное и необходимое для оказания давления на тюремную администрацию и суды штатов. Задача состоит в том, чтобы способствовать освобождению тех, кто относится к категории уязвимых. Мобилизация семей очень важна, потому что она помогает поддерживать основные санитарно-гигиенические условия в тюрьмах. Это те люди, кто отправляют своим заключенным-родственникам то, что государство не предоставляет, например, жавелевую воду, мыло или даже маски: все то, что нужно человеку, чтобы защитить себя и что необходимо иметь там, где можно заразиться.

Перевод
Александра ПАРХОМЕНКО

На фото: бойцы Национального военизированного пенитенциарного подразделения быстрого реагирования (НВППБР).

Добавить комментарий